«Чо там у хохлов»: горе аналитиков

Станислав Смагин 10.10.2019 11:30 | Политика 58

Я очень сдержанно и ни в коем случае не в публицистическом пространстве радовался, когда весной был издан указ о выдаче российских паспортов жителям ДНР и ЛНР, хотя вокруг радовались все. Спустя некоторое время уже не только мне отчетливо стало ясно, что паспортизация была инструментом политического давления на Киев, и при той «быстроте» и «процедурной простоте», с которой она проходит, возможно, лучше б ее и не провозглашали вовсе – зря обнадежили людей.

Точно так же я неделю назад не рвал публично на себе волосы после принятия Киевом «формулы Штайнмайера», хотя пахло происходящее очень дурно, и радоваться, дескать, наступает мир, можно было лишь в той степени, в которой можно радоваться как признакам приближения мира любой капитуляции и добровольной отправке своих людей в плен.

И снова, кажется, промедление с реакцией не совсем зря – официальный Киев, сделав шаг вперед, немедленно сделал два назад, правая оппозиция начала сооружать майдан, крича о приближении уже украинской капитуляции, и на фронте обстановка лишь обострилась.

В общем, как паспортизация отнюдь не была явным триумфом, так и «формула Штайнмайера» пока не знак поражения. Поэтому говорить о ее реализации повременим.

Обсудим несомненное.

На пленарном заседании клуба «Валдай» Владимир Владимирович Путин упрекнул российские телеканалы в том, что они плохо говорят об Украине. После чего одни телеведущие, виновато и одновременно залихватски взяв под козырек, заявили, что грешны, но больше не будут, «были демоны, мы этого не отрицаем, но они самоликвидировались», другие – их значительно меньше – попытались робко самооправдаться в духе «а как еще про них говорить-то».

Я крайне редко соглашаюсь в чем-то с нашей верховной властью. И рад бы чаще, но, увы, пока не ослеп и не освоил троичную систему исчисления, в которой дважды два — пять. Тем более редко я соглашаюсь с ее украинской политикой в последние пять лет.

Однако здесь и сейчас тот случай, когда мне не с чем поспорить. В нашем информационно-пропагандистском пространстве плохо освещают Украину и говорят о ней. Плохо – в смысле нарочито не то и категорически не так.

Лишь первые месяцы после победы майдана и возвращения Крыма освещение было более-менее адекватным, и к Донбассу, шире, к Новороссии относились почти так же, как к Крыму; хотя «почти» — все равно не так же, и чуткое ухо ловило нюансы.

Дальше в Москве решили избрать ту стратегию, которую решили избрать, и мы все начали видеть то, что начали видеть. Прежнее четкое разделение воюющих сторон на Донбасс как сражающийся форпост Русской цивилизации и запятнавшую себя кровью, военными преступлениями и геноцидом неообандеровскую Украину было стерто. Палачей-оккупантов и обороняющих свою землю героев смешали в некую единую «Украину», которой принудительно, с самыми отвратительными приправами перекормили зрителей, читателей и слушателей, так что они стали говорить «надоела эта Украина», подразумевая и правых, и виноватых.

Конечно, при этом периодически подчеркивается, что одни украинцы хорошие и антифашисты, а другие плохие, но в итоге все равно выходит что-то в духе киевской пропаганды. У той «сепары сами себя обстреляли», а у российских СМИ «украинцы сами себя обстреливают». В итоге градус шизофрении рос вместе с непониманием аудитории.

Если про Донбасс еще хоть чуть-чуть можно понять, что там хоть и украинцы, но хорошие (посмотрел бы я на человека, говорящего карабахцам, что они «хорошие антифашистские азербайджанцы»), то все за его пределами, включая Новороссию и не говоря уже обо всех остальных территориях, стало совершенно не имеющим оттенков единым пятном. И одесский политзаключенный Мефедов, и какие-нибудь Ярош с Корчинским – это все «хохлы», и лозунг аналитики по поводу их всех – «чо там у хохлов».

В принципе, повторюсь, и Донбасс это «чо там у хохлов», но с редким уточнением нюансов.

У хохлов могут происходить либо омерзительные, либо гомерические смешные события. Лучше два в одном. И на российское ТВ стали пачками брать на ток-шоу представителей «незалежной», совмещающих эти два свойства. Или не совмещающих, а делающих вид, что совмещают. Не знаю, каковы на самом деле воззрения господина Ковтуна, на телевизионные деньги проклятых москалей уже купившего одну московскую квартиру и явно нацелившегося на вторую, с большим балконом, чтоб там куры с поросенком поместились и кадки с рассадой, «а це пид помидоры». Говорят, что господин Ковтун вообще не политолог, а просто изображает оного, так же как политолога, только американского, изображает страховой агент Майкл Бом.

Но вот Вадим Карасев реально неплохой квалифицированный аналитик, и достаточно адекватный – свидетельство тому его высказывания вне телевизора. Да вот только не нужна его адекватность никому, не вписывается в шаблон. И Карасев отрабатывает гроши, перекрикивая Ковтуна.

Из этой же серии одесский недописатель Всеволод Непогодин. Сразу после Русской весны он слыл «ватником», патриотом России и Новороссии, едва ли не лидером одесского народного сопротивления, написал роман о трагедии 2 мая 2014-го. Вскоре дело это стало материально невыгодным, он встроился в украинское информационное поле и стал вовсю костерить уже Россию и ДНР и ЛНР. И, наконец, Всеволод достиг вершины благополучия – его пригласили делать то же самое, но на российском ТВ и за русские деньги.

Когда совсем везет, его за кинутую зигу или истошный крик «слава Украине» выгоняют из студии, что оплачивается по двойному тарифу. Такие мощные и яркие победы над телевизионными украинцами за особую плату – это вообще отдельный жанр, призванный заменить отсутствие побед над Украиной на всех других направлениях.

Еще один схожий типаж – украинский «журналист», задающий на пресс-конференциях высших чиновников как бы острые и провокационные, а на самом деле идиотские вопросы. Здесь не имеет конкуренции Роман Цимбалюк, который для российского агитпропа столь ценный кадр, что его задержание московской полицией по причине хулиганства заставило спикера МИД М.Захарову бить тревогу через соцсети.

Непонятно, почему свет сошелся клином именно на господине Цимбалюке (может быть, из-за внешности, подтверждающей самые смелые выводы Чезаре Ломброзо), но предназначение самого типажа сомнений не вызывает. Легко и приятно отвечать на маразм типа «что делают в Донбассе миллиарды бронеконных алтайских бурятов во главе с фельдмаршалом Ольгинским и вице-генералиссимусом Мокселем».

Куда труднее было бы ответить на вопрос, почему Российская Федерация не выполнила обещание марта-2014 «пусть попробуют стрелять в своих людей» и не решила вопрос, когда решить его можно было практически без крови одной дивизией тех самых бурятов. Или вообще без них – одними политико-экономическими методами, бесполетной зоной для украинских «лiтаков» и отсутствием стоп-сигналов для донбасского ополчения в решающий момент.

Но всех, кто мог бы задать такие вопросы, из любых эфиров выдавили еще пять лет назад. Редко, очень редко раздается голос, условно и отдаленно отличающийся от методички «плохие украинцы дерут чубы хорошим, а Россия, ура-ура, на войну не явилась». В остальном «российская аналитика» вполне соответствует по уровню и тональности украинской, хотя последнюю нарочно сделали такой, чтобы ее могла одолеть и санмаринская (не знаю, имеется ли в Сан-Марино политаналитика).

В воскресенье случайно включил какую-то передачу, там выступал уважаемый (на самом деле нет, но ладно) депутат Затулин, с которым я уже имел (не)удовольствие заочно полемизировать по украинскому вопросу, и в качестве решающего мощнейшего аргумента Константин Федорович выкатил судебный иск. Депутат Затулин аккурат в момент случайного моего с ним телевизионного контакта заявил: «Киев не хочет выполнять Минские соглашения, потому что по ним Украина официально станет многонациональной страной».

Признаюсь, впал в некоторое недоумение. Когда провозглашались ДНР и ЛНР, самой собой разумеющимся считалось, что их самостоятельность – лишь промежуточный этап перед реализацией крымского сценария. Потому в названиях республик и не было никаких национальных привязок, только региональные. Болванки Донецкой и Луганской области РФ, так сказать.

Но когда после выполнения Минских соглашений автономию получат (не получат, но, опять же, ладно) уже не ЛДНР, а «отдельные районы Донецкой и Луганских областей», как это сделает Украину хотя бы двунациональной? Какая нация добавится к «державной украинской», отдельнорайонцы?

Чем так говорить на украинско-донбасскую тему, уж лучше и вправду никак.

PS: Ровно двадцать лет назад, 9 октября 1999 года, состоялся эпохальный и культовый матч Россия-Украина, по-спортивному трагическая развязка которого, пожалуй, лишь добавила ему культовости. Разве его бы сейчас так вспоминали, победи наша сборная и выйди на чемпионат Европы, где вряд ли бы сильно блеснула?

Перед матчем многие представители гостевой армии болельщиков признавались, что они лишь по паспорту украинцы, на самом же деле русские и с Россией. А газета «Советский спорт» вышла с обложкой, на которой была помещена фотография полузащитника сборной России Дмитрия Хохлова с аршинными буквами «Бей, Хохлов, спасай Россию!».

Ей-Богу, этот давний забавно-провокационный заголовок стоит по качеству всего, что сказано у нас об Украине за последние пять лет.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора