Мастер из Саранска Вячеслав Егоров: «Стеклодув – художник и ремесленник в одном лице»

Мордовия 5.07.2019 17:20 | Мордовские новости 56

Существуют профессии, которые на протяжении тысячелетий не теряют своей актуальности. Одна из таких — профессия стеклодува. Расцвет ремесла пришелся на Средневековье. И до сегодняшнего дня удалось сохранить удивительную технологию изготовления стеклянных изделий в первозданном виде. О том, как на горах битого стекла создаются шедевры и откуда приходит вдохновение, рассказал стеклодув из Саранска Вячеслав Егоров.

— Вячеслав, как Вы пришли в эту профессию?

— Это был 1975 год, я только вернулся из армии. Передо мной стоял выбор — или учиться дальше, или идти работать. При выборе профессии руководствовался фактором, чтобы можно было что-то делать своими руками. В этот момент «Лисма» искала кварцедува. Меня не испугало отсутствие необходимых навыков. Поскольку выучиться на эту профессию в университете невозможно, узнавать все тонкости пришлось не отходя от рабочего места. Все секреты передаются только от мастера к мастеру.

Работать с кварцем необычайно сложно. Ежедневно ты словно сгорал в двух с половиной тысячах градусов по Цельсию — кварц плавится только при такой температуре. Кварцевое стекло мгновенно застывает, из-за чего изделие нужно постоянно держать в пламени горелки. Поэтому примерять детали, можно сказать, приходилось «на глаз». Конечный результат можно увидеть только тогда, когда фигурка остынет. Но в этом случае ничего в ней исправить уже нельзя.

Но, каким бы захватывающим не был процесс изготовления, он стал для меня монотонным. Два с половиной года, изо дня в день я изготавливал одно и то же. А мне хотелось творить. Поэтому я перевелся в другой цех — специальный конструкторский отдел источников света, где изготавливали новые модели ламп. Здесь был больший полет для фантазии и возможностей для их реализации.

— Именно здесь вы создали свою первую работу?

— Да, с этим отделом я связываю свое первое достижение. В 77 году страна начала готовиться к Олимпиаде 80-го года. Остро встал вопрос об изготовлении ламп для кинопроекторов. В России подобных лампочек не было, а руководство страны не хотело покупать их из-за рубежа. Поэтому нашему заводу поручили изготовить такую крохотную — размером с пальчик, но такую мощную — в 800 ватт — лампочку. На разработку было выделено 200 тысяч рублей. На удивление работу поручили сделать мне. Корпел над ней целый месяц, оставался после работы. И сделал. Никто в мой успех не верил. В итоге эта лампа прекрасно отработала во время киносъемок, а после Олимпиады получила серебряную медаль ВДНХ. Это была очень высокая награда в те времена.

— В каком году переквалифицировались в стеклодува?

— Лампочка вдохновила меня. Появились новые идеи для создания работ, но воплотить их в условиях цеха я уже не мог. К тому же вновь стал ощущать монотонность работы. Принял решение перейти в другой цех. Начальство отпускать меня не желало. Помогло то, что в 90-х в цех пришел новый руководитель. Он еще никого толком не знал и не глядя подписал мне заявление об увольнении. Так и переквалифицировался в стеклодувы. Делал различные полуфабрикаты для ламп, колбы ручной работы. А первый сувенир из стекла был изготовлен практически случайно. Вообще это направление было просто-напросто хобби специалистов нашего профиля.

— Какая была Ваша первая ручная работа из стекла?

— Начал с туфелек. Возился с ними тогда целую смену. А когда закончил, был невероятно горд собой. Чтобы не стояли просто так, подарил их другу на память. Он обрадовался, ведь в 80-е работы из стекла были большой редкостью. Через год я вновь пришел к другу в гости и увидел свои туфельки. В глаза сразу бросились все изъяны работы. Не смог удержаться и разбил их.

— Но это же была Ваша работа…

— Знаете, в тот момент я даже не задумался о том, что это была моя первая работа. Я видел в них копию туфелек моих коллег. В 90-х было много стеклодувов. Каждый из них изготавливал туфельки, которые были похожи друг на друга. У меня не было желания быть похожим на всех, не хотел делать то, что и другие. Мне хотелось создавать исключительные вещи. Поэтому с каждым разом старался улучшить свое творение. Подбирал к туфельке рисунок, перепробовал вариантов восемь, наверное, пока не нашел наиболее подходящий. Менял высоту и толщину каблучка, подъема, смотрел, на сколько острее или круглее нужно сделать носик. Несколько недель разрабатывал бантик, который потом стал моим фирменным и узнаваемым. С ним у меня даже связана особая история. Конкуренция на рынке была большая, и коллеги по цеху решили воспользоваться моей популярностью. Они изготовили свои туфельки и прилепили к ним мой фирменный бантик. А затем продали их под моим именем. Новички, конечно, не могли сразу отличить подделку, а вот постоянные заказчики, приглядевшись, сразу сказали: это работа не Егорова.

— Вячеслав, много лет это направление было фактически нелегальным. Когда же случился переломный момент, и Вы вышли «из тени»?

— Да, действительно, эта творческая работа долго была «в тени». Содержать мастерскую дома невозможно, поэтому все фигурки мы изготавливали в стенах цеха. Оставались после работы, старались, чтобы об этом не узнал директор. Чтобы вынести с завода какую-то работу покрупнее, приходилось подкупать охранников. Правда, не деньгами, а такими же сувенирами.

Ситуация изменилась в 2014 году. На должность директора пришел Игорь Викторович Константинов, нынешний руководитель. Во второй день нахождения на должности он заглянул в наш музей, где стояли хрустальные туфельки. Они его настолько поразили, что он сразу попросил личной встречи. Побаивался я идти к нему, если честно, потому что за плечами стояла система, сложенная прежним директором. Но выхода не было, раз начальство просит. В тот день Игорь Викторович разрешил мне без оглядки создавать свои работы. Никогда не забуду его слова: «Я и не думал, что наши мастера могут создать такую красоту». Так и стал изготовителем сувенирной продукции уже официально. Душа сразу развернулась, в голове появились сотни мыслей. В первую очередь решил изготовить полуметровую елку. Прототипом стала ель, которая растет на территории нашего завода. Во время работы я впадал в такое гипнотическое состояние, что ничего, кроме своего деревца, не замечал. Даже его вес. Когда через несколько недель елочку из цеха пришлось перенести в музей, по инерции взял ее одной рукой чуть не уронил. Затем в ход пошли подсвечники, розы, орлы, яйца с цыплятами к Пасхе, животные к Новому Году, разнообразные ложки и ключи. В этом году, например, изготавливаю паровозы.

— Сильно ли отличается должность «изготовителя» от должности «стеклодува»?

— Да. Особенно нравится то, что меня не загоняют в определенные рамки. Могу воплощать в жизнь самые смелые идеи — паровозы, корабли, орлов и так далее. Все то, что до меня еще никто не делал.

— Не следите за тем, кому именно дарят ваши работы?

— К сожалению, отследить путь каждой моей скульптуры сложно. Знаю только, что мою яблоньку дарили на День рождения Главе республики Владимиру Волкову, их возили в Армению, Китай и Африку деловым партнерам предприятия. А вообще, со слов коллег, к нашим сувенирам из стекла никто не остается равнодушным.

— А есть ли лично у директора какие-нибудь Ваши работы?

— Конечно. Перед его юбилеем мы всем коллективом задумались, чем можем его удивить. Коллега подал идею создать корабль. Я поискал картинки в интернете и начал делать, постоянно что-то додумывая. Это одна из самых масштабных моих работ. Очень долго трудился над кормой. Мне хотелось, чтобы рисунок на ней напоминал морские волны. Не менее сложно было сделать грот-мачты. Три вздымающиеся вверх направляющие соединяются между собой тонкой паутинкой. А паруса или «веревочки», которые их держат… Это самые тоненькие и самые хрупкие детали корабля. Поэтому их почти незаметно. Когда он увидел этот подарок, по его лицу сразу стало ясно: угодили! Сейчас корабль стоит в его кабинете в стеклянной витрине, неизменно вызывая восхищение всех гостей.

— Не задумывались создать свой бизнес?

— О бизнесе как таковом я даже и не думал. Мне было не интересно делать все то же самое, что и все. Душа тянулась создавать исключительные вещи.

— Наверное, друзья нередко просили Вас сделать им что-нибудь «на память»?

— Просили, но я всегда отказывал им. Даже при большом желании у меня не хватит времени, чтобы за неделю изготовить три сувенира.

— Храните ли дома свои работы?

— Не без этого. Одним из первых принес домой подсвечник из рыб. К ножке прикрепил двух рыбок брюшками друг к другу, хвосты красиво изогнул на подставке. И подписал его: «Нашей дочке один годочек» Это был мой подарок дочке на день рождения. Еще стоит корзинка, легендарные туфельки, курительная трубка.

— Сложна ли работа стеклодува?

— Работа требует большой концентрации. Нужно хорошо знать все свойства стекла, как оно ведет себя при разных температурах. Чтобы в процессе не отвлекаться на эти мысли. Расслабляться нельзя ни на секунду, иначе работа может быть испорчена. Стекло ошибок не прощает.

— Получали ли травмы?

— Да, у меня есть несколько серьезных ожогов.

— Есть ли у вас ученики?

— Ни последователей, ни учеников нет. Дело стеклодува в наше время постепенно изживает себя. Молодежь не хочет долго учиться всем тонкостям.

— Как вы считаете, стеклодув — художник или ремесленник?

— И художник, и ремесленник. Ведь, чтобы начать что-то, нужно вдохновение, какое-то озарение свыше. А чтобы сделать это — необходимо мастерство. Поэтому каждый раз, когда я вижу свои работы, думаю, какая красота получилась — неужели этот шедевр вышел из-под моих рук?!

ИА «МордовМедиа»

 

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора